chitay-knigi.com » Военные книги » Фронтовые ангелы - Татьяна Кручинина

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ... 66
Перейти на страницу:
деканат при мединституте.

«Товарищи! — голос ректора перекрыл гул. — Все студенты четвертого и пятого курсов, а также выпускники направляются в распоряжение военно-медицинской службы. Сбор через час!»

В коридоре Сергей столкнулся с профессором Савельевым.

«Что ж, Вишневский, — старик положил руку ему на плечо, — ординатуру придется отложить. Но я в вас верю. Берегите руки, они нужны будут людям.»

Дома Сергей собирался торопливо. Белые халаты, учебник по полевой хирургии, стетоскоп. В дверях замер, оглядывая комнату. Когда он вернется сюда?

Мама плакала тихо, собирая его в дорогу. Отец был собран и строг.

«Помни все, чему я тебя учил. И главное — не бойся. Страх — плохой помощник врачу.» Они обнялись. Отец сунул ему в карман старый серебряный крестик.

«Храни тебя Бог, сынок.»

Через час медсанбат уже грузился в эшелон. Впереди была война, о которой они знали только из книг и фильмов. Война, которая превратит вчерашних студентов в военных врачей.

Поезд тронулся. Сергей смотрел, как уплывает назад перрон, как машет ему мама, как отец держит ее за плечи. В кармане гимнастерки грел руку отцовский крестик.

Начиналась новая глава его жизни. Глава, к которой его готовили все предыдущие годы, хотя никто об этом не догадывался.

История 2

Медсанбат

Эшелон прибыл на станцию Орша ранним утром. Небо уже полыхало — немецкая авиация методично утюжила приграничные города. Молодых врачей и медсестер сразу распределили по медсанбатам.

«Вишневский!» — начальник медслужбы, майор Громов, просматривал документы. «Выпускник, отличник. Хирургия. Так, пойдешь ассистентом к Соколову. Капитан медслужбы Соколов — наш ведущий хирург.»

Сергей на секунду прикрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. Еще вчера были учебные пособия, муляжи, теоретические задачи. Сегодня — настоящая кровь, настоящая боль, настоящие жизни в его руках. «Справлюсь ли? Имею ли право на ошибку?» — эти мысли преследовали его с самого утра.

Вспомнились слова отца: «Хирург не имеет права сомневаться. Сомнение — враг решительности, а без решительности в нашем деле никуда.» Глубокий вдох. Выдох. «Я справлюсь. Должен справиться.»

В палатке медсанбата пахло эфиром и кровью. Раненые поступали непрерывным потоком. Сергей едва успевал осматривать вновь прибывших, сортировать по степени тяжести.

«Сестра! В перевязочную, срочно!» — его голос уже охрип от команд.

И тут он увидел её. Тоненькая медсестра в туго затянутой косынке ловко перевязывала раненого. Движения чёткие, уверенные — сразу видно, не новичок. «Елена Воронова,» — представилась она на бегу. «Третий год после училища.»

Что-то было в этой девушке особенное. Не только профессионализм, четкость движений, собранность. Какая-то внутренняя сила, спокойная уверенность, передающаяся раненым. Они затихали под её руками, доверчиво подставляя израненные тела под бинты и йод.

«Странно,» — думал Сергей, украдкой наблюдая за её работой. «На войне нет места личному, здесь только долг, только служба. Почему же я не могу оторвать от неё взгляд?»

Времени на знакомства не было. Очередной налет, очередные раненые. Капитан Соколов оперировал уже шесть часов без перерыва.

«Вишневский, к столу! Будешь ассистировать.»

Осколочное ранение брюшной полости. Сложный случай. Пот заливал глаза, руки немели от напряжения, но он не позволял себе ни секунды слабости. Каждое движение должно быть точным, каждый шов — идеальным. Где-то на краю сознания пульсировала мысль: «Вот она, настоящая хирургия. Не учебники, не лекции — реальная борьба за жизнь.»

Елена словно читала его мысли, подавая инструменты на долю секунды раньше, чем он успевал их запросить. Их пальцы встречались над операционным столом, и каждое прикосновение отдавалось где-то глубоко внутри странным теплом.

«А ты молодец,» — Соколов одобрительно кивнул после операции. «Руки хорошие.»

Передышка выдалась только к вечеру. Сергей вышел из палатки, с наслаждением вдохнул свежий воздух. Рядом присела Елена, протянула кружку с водой.

«Тяжело первый день?»

«Уже не первый. Война идёт четвертые сутки.»

Они помолчали. Где-то вдалеке грохотали взрывы. Небо окрасилось закатным заревом — или это горел очередной город?

«У меня брат на границе служил,» — тихо сказала Елена. «Третий день нет вестей.»

Сергей хотел что-то ответить, но тут раздался крик: «Воздух!!!»

Налет начался внезапно. Они едва успели укрыть раненых. Бомбы ложились совсем рядом. Елена прижалась к нему, дрожа всем телом.

«Не бойся,» — он сам не понял, как эти слова вырвались. «Прорвемся.»

Страх пришел позже, когда всё стихло. А в момент налета было только четкое понимание: надо действовать. Защитить раненых, сохранить инструменты, спасти медикаменты. Елена работала рядом, и её присутствие придавало сил.

Когда всё стихло, начали разбирать завалы. Одна из бомб попала в соседнюю палатку. Раненых успели эвакуировать, но все медикаменты и инструменты.

«Война странно меняет людей,» — думал Сергей, помогая грузить раненых в машины. «Или просто показывает их истинную суть?» Он смотрел, как ловко Елена организует погрузку, как успокаивает испуганных бойцов, как находит время для каждого. «Настоящая фронтовая сестра. Настоящий ангел милосердия.»

«Собираемся! Приказ на передислокацию!» — майор Громов был краток.

Через час медсанбат уже грузился в машины. Елена помогала Сергею переносить тяжелораненых. Их руки случайно соприкоснулись — словно электрический разряд пробежал по телу.

«Спасибо,» — она чуть улыбнулась. «За поддержку.» «Прорвемся,» — повторил он, уже увереннее.

Ночь накрыла колонну машин плотным покрывалом. Где-то вдалеке грохотали взрывы, но здесь, в кузове санитарной машины, царила почти мирная тишина, нарушаемая только стонами раненых.

Сергей проверял повязки, считал пульс, делал назначения. Работа, спасительная работа, не дающая времени на лишние мысли. И все же… все же перед глазами стояло лицо Елены, её сосредоточенный взгляд над операционным столом, легкая улыбка, промелькнувшая в момент их короткого разговора.

«Война все спишет,» — говорили старшие товарищи. «На войне каждый день может стать последним.» Но он гнал от себя эти мысли. Не время. Не место. Сейчас главное — спасать жизни. А чувства… чувства подождут.

Впереди была дорога на восток. Отступление. Но они знали — каждый спасенный боец вернется в строй. Каждая спасенная жизнь — это удар по врагу.

Машины тронулись в ночь. Сергей сидел рядом с ранеными, держа руку на пульсе самого тяжелого. В соседней машине была Елена. Почему-то от этого становилось спокойнее.

Так начиналась его война. Их война.

История 3

Письмо из дома

Почта догнала их медсанбат под Витебском. Треугольники писем — маленькие вестники мирной жизни — разлетелись по палаткам, как белые птицы надежды.

Сергей развернул листок, исписанный знакомым маминым почерком. Буквы прыгали перед глазами — три дня без сна давали о себе знать. Присел на ящик с бинтами, прикрыл глаза. Только сейчас понял, как устал.

«Сереженька, родной наш!

Пишу, а за окном дождь.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ... 66
Перейти на страницу:

Комментарии
Минимальная длина комментария - 25 символов.
Комментариев еще нет. Будьте первым.
Правообладателям Политика конфиденциальности