Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Прекрати! — Фуми отодвинулась от него. — Кстати, меня зовут Фуми.
— И имя чудесное. Оно тебе больше подходит, Знал бы я, что ты станешь такой очаровашкой, в школе ни на шаг от тебя не отходил бы.
— Ты изменил мне, помнишь?
Экс–бойфренд засмеялся, будто услышал шутку:
— А как насчет сейчас? Попробуем снова?
Фуми сердито на него посмотрела, но вместо того, чтобы отойти, экс–бойфренд приблизился. Даже в школе Фуми понимала, что встречаться с ним не стоит. Но она устала от одиночества и радовалась возможности проводить время с кем–то особенным.
— Говорят, ты в баре работаешь… Можно мне зайти к тебе?
Ну вот, молва на крыльях летит… Велев себе успокоиться, Фуми подалась к экс–бойфренду и зашептала:
— Конечно же можно! Но хочу предупредить тебя как бывшего знакомого: у нас дорого. Ты точно готов раскошелиться?
Экс–бойфренд прыснул, но все–таки отошел от нее. Фуми вздохнула с облегчением. Этот тип всегда был слишком агрессивным, она даже обрадовалась, когда он бросил ее ради девятиклассника. —
Фуми снова повернулась к «безобидной домохозяйке», та женщина сама приближалась к ней.
— Ты случайно не Янаги? — тоненьким голоском спросила бывшая мучительница.
— Она самая! — ответила Фуми, выдав самую обаятельную из своих улыбок.
Женщина мертвенно побледнела:
— Ты… помнишь меня?
— Разумеется. Тебя мне не забыть при всем желании.
— Язвить Фуми не хотела, но ответ получился резким, полным ненависти.
— Я… — Женщина осеклась и опустила глаза.
Не желая отступать, Фуми подалась к ней:
— Что?
Не дав Фуми опомниться, женщина покаянно опустила голову.
— Знаю, что уже поздно и тебе легче не станет, НО Я Хочу извиниться, — Лепетала она срывающимся голосом. — Мне очень, очень стыдно за то, что я творила. Я глубоко раскаиваюсь.
Фуми растерялась, но велела себе сохранять хладнокровие. .
— Прекрати! — зашипела она, не убирая ладони с затылка. — На нас все смотрят.
Женщина продолжала кланяться:
— Прости меня, Янаги! Я не забыла собственных деяний! Я ужасно к тебе относилась. Понимаю, извинений недостаточно, но что еще сделать, не, знаю.
Фуми собиралась пристыдить бывшую мучительницу, но сейчас, видя ее раскаяние, не находила слов. Она же готовилась только к бою.
— Мне очень стыдно. Ты простишь меня, Янаги?
Фуми сложила руки на груди и глубоко вдохнула:
— Пожалуйста, подними голову и посмотри на меня.
Женщина повиновалась.
— Никак не пойму, почему именно я. В жертву ты могла выбрать любого. Я чем–то тебя обидела? Насколько помню, мы с тобой даже не общались до того, как все началось.
Бывшая мучительница покраснела: — Дело было не в тебе.
— В каком смысле? — хмуро спросила Фуми. .
— В те годы мне нравился один парень, — начала женщина, слегка заикаясь. — Он отверг меня, назвал тощей уродкой, заявил, что даже мальчишка вроде Янаги ему милее, чем я.
— Что?! — выпалила Фуми.
— Понимаю, это вздор и я не имела права срываться на тебе, но мне было очень обидно.
— Это причина?! — Фуми не верила своим ушам. — А что другие девочки?
Женщина покачала головой:
— Они ничего не знали. Я просто сказала, что ты меня раздражаешь, и они мне подчинились…
Фуми сжала кулаки.
— Прости меня, Янаги. Мы были подросткам и ничего не понимали. Изо всех сил стара‘лись выделиться, вот и перегнули палку.
Перегнули палку?! Все было намного серьезнее! Из–за них жизнь Фуми стала адом. Из–за них она стала бояться школы. Хуже всего то, что из–за них она стала ненавидеть себя, а дело, оказывается, в брошенных мальчишкой словах. Фуми вздрогнула: не верилось, что многомесячиая травля началась с такой мелочи. Изящными наманикюренными пальчиками Фуми провела по длинным завитым волосам:
— Надеюсь, ты не ждешь заверений, что все в порядке и мы теперь лучшие подруги?
Женщина замерла. Лицо у нее было белее мела. Фуми развернулась и зашагала прочь. В том зале она не могла находиться больше ни секунды. Ее мутило.
«Не реви! — велела себе Фуми, усаживаясь в такси перед отелем. — Из–за нее не реви. Она твоих слез не стоит!»
* * *
Эйдзи, как обычно, лежал на диване, но, увидев Фуми, встал и тепло ей улыбнулся.
— Что–то ты рано, — проговорил он.
Фуми сняла туфли. От тугих ремешков на коже остались красные следы.
— Я неважно себя чувствовала, поэтому быстро ушла.
— С тобой все в порядке? — спросил Эйдзи, нахмурившись.
— Да, да, конечно, — отозвалась Фуми. — Просто хочу немного побыть одна.
Едва оказавшись у себя в комнате, Фуми бросила сумочку на пол и рухнула на кровать. Глядя в потолок, она вспоминала слова бывшей мучительницы: