Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Чтобы ни заставило сноба отвезти меня домой, порыв закончился, и теперь Эш снова злился.
До моего дома мы домчались за пять минут, а ведь расстояние неблизкое!
Вандерфилд притормозил, по-прежнему не поворачивая головы.
Я помялась.
— Э-э… спасибо.
И выскочила наружу, прижимая к боку сумку и шапку. Мобиль сорвался с места, как ошпаренный кот!
И только поднимаясь по лестнице, я подумала — а откуда Вандерфилд вообще знает мой адрес?
Как обычно, день в родном доме пролетел незаметно и слишком быстро. Я помогла тете со стиркой, попутно рассказывая о волшебной прачечной в академии. Успела сбегать в мастерскую, а вечером решила навестить господина Пантерса в его чайной. Старик обрадовался, угостил меня новым сортом своего напитка, и пока я пила, привычно жаловался на жизнь.
— Взял себе новую помощницу, так она такая непоседа! — сокрушался хозяин чайной. — И делает все второпях, и слушать меня не хочет! Торопыга! Не то, что ты, Тиночка! Эх, вот ты была истинным сокровищем, отрадой для старика!
Я спрятала улыбку за чашечкой, но пришло время прощаться. Отпускал меня господин Пантере с тяжелым вздохом. А когда я вышла на улицу, пряча нос в вязаный шарф, застыла, изумленная.
На дороге, прямо напротив чайной, раздраженно рычал уже знакомый мне черный мобиль. И вокруг уже собирались местные мальчишки, притянутые удивительным железным зверем, словно магнитом.
Неспешно падающие снежные хлопья оседали на капоте и боках мобиля, и мне показалось, что он рассерженно встряхивается, как обозленный дикий кот. Может, его нервировал снег, а может — повышенное внимание нищих. В академии рассказывали, что для богачей выпустили ограниченную серию зачарованных мобилей. То есть эти железные звери были немного живыми…
Пока я там стояла, размышляя, дверца хлопнула, выпуская Вандерфилда. А я ведь тешила себя надеждой, что обозналась! Увы-увы.
Эш снова был в распахнутой дубленке, под которой виднелся кофейного цвета свитер. А внизу — брюки и замшевые ботинки. И снег падает на светлые волосы. Красиво…
— Меня выгоняют из ВСА? — встряхнулась я. — Решил сообщить мне это лично? Не стоило беспокоиться.
Брови Вандерфилда удивленно поползли вверх.
— С чего ты это взяла?
— Не вижу других причин, чтобы твой мобиль стоял за оградой Бездуш.
Теперь Вандерфилд поморщился. Похоже, неофициальное название столицы ему не нравилось.
— Тебя не выгоняют.
— Да? Тогда зачем ты приехал?
— Садись. Объясню.
Я осталась стоять. Мальчишек стало больше, к ним добавились несколько взрослых. Железный зверь зарычал яростнее. На пороге чайной возник господин Пантере, прищурился подслеповато.
— Тиночка, а что это за красивый парень на таком невероятном мобиле? Это твой жених?
— Упаси Святой Фердион, господин Пантере! — откликнулась я. — Это мой… хм… знакомый по академии. И он уже уезжает.
— Вот уж и не думаю, — Вандерфилд вдруг улыбнулся. Да так, что, кажется, бледное осеннее солнце засмущалось и решило отсидеться за тучками, пока на земле бродит такое сияющее божество!
— Почему же нет, милая? — упорствовал хозяин чайной. — Смотри, какой пригожий! И мобиль дорогой, видать, сины водятся. А ты, конечно, девочка ладная, вон у тебя и тут есть, и там… — старик не мудрствуя лукаво изобразил, где и что у меня есть. Я чуть под землю от стыда не провалилась! — Но ведь ты нищая! И тетка твоя уже старая, а дядя и вовсе неходячий… А так хоть накормит кто, куртку новую купит! У тебя же слезы одни, а не куртка! На рыбьем-то меху одежа, а впереди зима!.. Так что парня надо брать!
— Перестаньте! На куртку я сама как-нибудь заработаю! — зарычала я в унисон с мобилем. Тот даже примолк — впечатлился.
Вандерфилд ухмылялся во весь рот, вольготно опершись о край своего зверя. Похоже, Эша происходящее забавляло! И поняв, что по-другому это представление не остановить, я со злостью распахнула дверцу и села в салон.
Вандерфилд устроился рядом и нажал на педаль ускорения, оставив позади разочарованных зрителей.
— Ну? — буркнула я. — Зачем явился? Плохие новости могут подождать до завтра!
— Почему сразу плохие?
— А что еще от тебя ожидать?
Он посмотрел хмуро, растеряв веселье.
— Я отвезу тебя в академию.
— Зачем? — опешила я. — Сама доеду, на вагончике. Утром.
— Сейчас. И со мной.
— Никуда я с тобой не поеду! У меня законный выходной!
— Поедешь.
Мы уставились друг на друга, скрипя зубами от злости. Вандерфилд выдохнул, мотнул головой.
— Пустышка, ты можешь не пререкаться и просто собрать свои вещи?
Я упрямо насупилась.
— Поедешь со мной сегодня, заплачу пятьдесят синов.
— Что?
— Шестьдесят. Тебе ведь нужна новая куртка? — он окинул меня взглядом. — И ботинки, судя по всему. И весь остальной гардероб.
— И что я должна делать за эти деньги? — еще больше насупилась я.
— Ничего. Просто… провести со мной время. Я к тебе и пальцем не прикоснусь, хватит на меня так таращиться! — он ударил ладонью по рулю. — Так что?
— Зачем тебе это?
— Считай, что я раскаиваюсь.
— Ты?
Даже смешно стало. Да и раскаивающимся он совсем не выглядел, скорее — мрачным.
— Представь себе. Думай быстрее. Шестьдесят синов за пару часов со мной.
Мысли в моей голове завертелись с лихорадочной скоростью. Просто провести время? И получить за это деньги? Подозрительно. В чем подвох? Хотя кто знает, что там у этого белобрысого в голове!
Шестьдесят синов… Шестьдесят! Можно обеды оплачивать. Или купить себе зачарованную торбочку, уменьшающую вес учебников и тетрадей. А то от сумки уже плечо болит!
И какая разница, мыть ему полы или просто сидеть рядом? Тем более, за дополнительную плату!
— Считай, что я проникся твоими словами о золотой башне, — протянул Эш, — и решил стать ближе… к народу.
Я фыркнула. Ну да, что-то не верится! Но… Шестьдесят синов.
— Согласна! — выпалила я раньше, чем включился инстинкт самосохранения. Он у меня вообще плохо работает на голодный желудок. А последнее время голод стал моим вечным спутником. Эш довольно улыбнулся, и я тут же пожалела о своем решении. Но что сказано, то сказано.
— Деньги вперед!
— Конечно. Забери свои вещи. У тебя десять минут, пустышка, — велел Вандерфилд, притормаживая у моего дома. Отсчитал шесть купюр и сунул мне в руки.