Шрифт:
Интервал:
Закладка:
– Обоз отправится дальше без меня. Хародийцы строят планы насчет вашего гнездовья. И уверен, что они попытаются пробраться. Надо исследовать пещеры и убедиться, что в них нет лазеек, а если есть – запечатать их. Хародийцы так просто отсюда не уйдут, я ручаюсь. Они покажутся опять, и наверняка скоро. – Роув сплюнул на распростертый труп Ужаса. – Но первым делом я сожгу эту мерзость.
Отец кивнул. На его лбу залегли глубокие морщины.
Роув покосился на меня.
– Мастер-разводчик, это не какой-то пустяк. Харод, конечно, готов нанести второй разрушительный удар. Я считаю, что твоя дочь, вполне вероятно, спасла вас – всех нас – от катастрофы.
Он вторично хлопнул отца по плечу, поднял свиток и направился к Чейену.
Отец подошел ко мне, и его губы тронула улыбка. Помолчав, он лишь покачал головой и стиснул меня в объятиях. Я сжала его руками в ответ и невольно опять расплакалась – теперь от облегчения и счастья.
Отстранившись, отец положил ладони мне на плечи.
– Я тоже хочу услышать твой рассказ. Прежде чем Мабир или Беллуа разнесут его по камешкам. Выходит, я должен перед тобой извиниться. Вернее, я даже перед тобой в долгу, – он поцеловал меня в лоб. К моему удивлению, по щеке отца скатилась одинокая слезинка. – Не о том я думал. Мне стыдно, что я совсем не замечал, насколько ты похожа на мать.
Он опустился на колени и заглянул в глазки Кейрр. Моя малышка, не мигая, уставилась на него, и отец засмеялся.
– Вот и ты, дружочек. Разве ты не чудо? Что за суматоху устроила! И как поразительно все завершилось. Я должен столько всего обдумать, – отец поднялся и привлек меня к себе. – Дариан ждет, – сурово произнес он и нахмурился. – Пойдем, Майя. Пора отвезти твоего дитя домой.
Грэйден протискивался сквозь окружающую загон драконерии толпу. Отовсюду летели шепотки – резня, кровавая расправа, гиблое дело и тому подобные словечки. Грэйден добрался до ограды и увидел опускающиеся двойки драконерии. Три, четыре, пять…
– А где остальные? – встревожился он.
Высокий мужчина в кузнечном фартуке обернулся и, помедлив, бросил на Грэйдена суровый взгляд.
– Не задавай глупых вопросов, мальчишка. Разве не видишь, что теперь их не осталось?
У Грэя в горле встал ком. Из трех дюжин, которые утром отправились отбивать гнездовье Кулоды, вернулось лишь несколько. А ведь они стягивали как можно больше сил и тщательно планировали наступление. Стратегию разрабатывали, основываясь на чертежах, которые выполнил Грэйден. Он присутствовал на каждом военном совете, сопровождал разведчиков на вылазках. Провал казался невозможным.
У многих драконов были иссечены грудь и голова. Крылья свисали клочьями. Один дракон принес двух всадников – значит, второй боевой товарищ пал. Навстречу прибывшим бросились полдюжины мерихемов. За ними следовали помощники – несли носилки и сумки с инструментами.
Грэй перемахнул через ограду и подбежал к ним. Схватив ближайшего всадника за плечи, Грэй развернул его к себе.
– Что случилось?!
Лицо мужчины изуродовала глубокая ссадина, задевшая даже глаз. На щеке и на рубашке запеклась кровь.
– А ты как думаешь? Отвали, – он отпихнул Грэя.
На него никто не обращал внимания, проталкиваясь мимо. Какой-то всадник рухнул на носилки, прижимая руку к груди: его доспехи были сорваны, на нем осталась лишь окровавленная рубаха. На землю повалился дракон: его всадник быстро спрыгнул и поспешил помочь мерихему – нужно было остановить кровь, хлещущую из раны в плече зверя.
– Мы должны вернуться, – произнес Грэй, ни к кому толком не обращаясь.
– Ты мешаешь, сынок, – заметил мерихем и отодвинул его перепачканными в крови руками.
В Грэя врезался выбежавший из казарм солдат. Он что-то зло пробормотал, но Грэй ничего толком не разобрал. Заскрипели колеса – в загон вкатили передвижную платформу. Сети и путы, прикрепленные к ней, использовали, чтобы обездвижить дракона и заняться его исцелением.
Кто-то обхватил Грэя за плечи и повел к ограде. Грэй поднял взгляд и увидел рослого солдата в доспехе копьеносца.
– Я хочу помочь, – запротестовал Грэй.
– Стоя на пути, ты ничем не поможешь, – сказал солдат.
Грэй стряхнул его руку.
– Вы не понимаете. Это мой дом. Мое гнездовье. Моя семья. Я должен хоть что-то сделать.
Выражение лица солдата смягчилось, и он вздохнул.
– Ты сын мастера-разводчика?
Грэй кивнул.
– Меня не взяли с собой, – он повесил голову.
– Ты тоже погиб бы, сынок. Я скажу тебе, что делать. Бери своего дракона и поступай на службу в драконерию. И убей столько хародийцев, создавших этих чудовищ, сколько сможешь.
Солдат подтолкнул Грэя к толпе зевак. Грэй отшатнулся. Голова кружилась, глаза ничего не видели из-за подступивших слез. Он сосредоточился и перелез через ограду. Вновь протиснулся сквозь толпу – сколько же среди них беженцев…
И, наконец, вернулся к своему дракону, Кивену, послушно ждущему за казармами драконерии.
Зверь опустил голову, Грэй рассеянно погладил его по чешуйчатой шее. И уставился на горы, откуда прибыли разбитые двойки. Гнездовье Кулоды скрывалось за горной вершиной – самые высокие заснеженные пики сверкали от солнечных лучей.
Сердце заколотилось чаще, и Грэй закрыл глаза. Ладони сжались в кулаки. Да. Вот, что ему нужно делать – убивать хародийцев. Заставить их поплатиться. Уничтожить их, чтобы война закончилась.
– Расслабься, Майя. Сосредоточься на Кейрр. Позволь боли утекать прочь.
Мабир сидел позади меня на стуле, в зимнем стойле. Справа, на столе, были разложены его инструменты для нанесения насечек. Вокруг нас собрались драконицы. Иголка безжалостно впивалась мне в шею ниже затылка, подобно осиному жалу, но я терпела. Этого дня я ждала всю жизнь. Получение метки связи стало для каждого всадника ритуалом посвящения.
Правда, хотя я знала, что мне предстоит, иногда я не могла игнорировать боль.
– Простите. Дело не в игле. Дариан… Я очень за него переживаю.
Мабир коснулся моей кожи прохладной, влажной тряпицей.
– Понимаю. Все мы переживаем. Однако мы с Беллуа поставим твоего брата на ноги. Это просто вопрос времени. Давай сосредоточимся на твоей метке. Расслабься. Не думай ни о Дариане, ни о Беллуа, вообще ни о чем. Мы почти закончили.