Он никогда не предполагал, что в результате встречи разрушения с хаосом может возникнуть губительная любовная связь. Разве им не все равно, даже если они уничтожат все хорошее, что есть в мире?

Их тянуло друг к другу, а их союз предвещал гибель Велизара.

– Барта, – Велизар прочистил горло. – Что, если я могу привести тебя к зверю?

Барта нахмурился.

– Ты знаешь, Велизар, что я люблю тебя как сына, но народ потерял веру в твои убеждения.

– Тогда позволь мне ее вернуть, – взмолился он. – Сколько человек погибло в погоне за черным волком? – Он оттолкнулся от стены и торжественно приложил кулак к груди. – Клянусь, я не бездействовал. Я потрудился и нашел логово волка.

Краем глаза Велизар заметил, как презрение Сновидицы сменилось шоком. Он сдержал улыбку, готовую расплыться на губах.

– Я знаю, где волк, – настаивал он. – Я могу привести туда охотников, чтобы избавиться от зверя раз и навсегда.

Сновидица открыла рот, но Барта положил руку ей на плечо и заставил замолчать.

– Девочка, если не хочешь помочь, то хоть не вмешивайся.

– Вы совершаете ошибку. – Кали скинула его руку и направилась к двери. Она остановилась рядом с Велизаром. – Волк не монстр, – сказала она так громко, чтобы слышали все. – Это мы – монстры.

Набросив плащ и натянув капюшон, девушка выскочила за дверь, несомненно, направляясь в лес.

– Я-я прошу прощения, – запинаясь, пробормотал Барта. – Экалия всегда была вспыльчивой.

– Категоричная малышка, – невозмутимо ответил Велизар. – Наверное, не стоит доверять кому-то столь несдержанному, Барта.

– Да, – старик склонил голову. – Ты прав.

Велизар положил руку на плечо Барты.

– Обещаю, что избавлю деревню от этого зверя. Больше он не заберет ни одной жизни. Клянусь тебе.

Старейшина Лощины с благоговением взирал на него снизу вверх. Велизар сглупил, доверившись Сендоа, но он не сомневался, что теперь вернет себе Лощину, восстановит порядок и вновь станет законным королем.

Не сомневался, потому что действительно имел в виду каждое сказанное им слово.

Черному волку суждено умереть.

КАЙ

Кай дрожал от пронизывающего холода, сердце щемило от бремени прошлых жизней, которых он не помнил. Образы давно минувшего прошлого наконец померкли, и он снова очутился там, где и ушел под землю: на островке посреди черного озера. Серый Нарост, словно насмехаясь, нависал над его головой.

Однако дерево оказалось не единственным «ископаемым», скрывавшимся поблизости.

– Ты, блин, меня прикончил, – пропыхтел Кай. – Натравил на меня жителей деревни.

Твое время пришло, – ответил Велизар. – Ради поддержания порядка я должен был избавиться от монстра, поскольку их страх превратился в гнев.

– Поэтому ты меня убил.

Иначе я не смог бы вернуть доверие общины. Это случилось потому, что ты не справился со своей работой. Начал защищать вместо того, чтобы уничтожать. Спутался с этой девкой. Ты загнал меня в угол и не оставил иного выбора!

– Ты не в себе, – прорычал Кай. – Я всего лишь завел друга, а ты вдруг решил, что это какой-то заговор с целью тебя свергнуть, и убил меня.

Ты бы все равно возродился, – отмахнулся Велизар. – Учитывая твое предательство и причиненный тобой вред, я поступил правильно.

– Ты, блин, издеваешься? – Кай вцепился пальцами в мшистую влажную землю и попытался встать, однако ноги подгибались, как резиновые. Он рухнул на колени, пульс ускорился от напряжения. Мелькнула мысль использовать в качестве опоры вяз, но он сразу же ее отбросил. Каю казалось, что дерево желает ему смерти не меньше, чем Русалка.

– Похоже, мне просто надоело играть для тебя роль Большого Злого Волка.

Ты насмехался над моим детищем! – взревел Велизар, сотрясая череп Кая изнутри, как банку с мелочью. – Я положил начало благоденствию, а ты наплевал на него! Ставя свой ненаглядный лес превыше моего мира людей!

– Охотно верю! – заорал Кай в ответ. – К черту твоих людишек, высокомерный урод.

Велизар усмехнулся.

Ты полюбил эту девушку только потому, что знал, она – бунтарка среди моей паствы. Твоя привязанность к ней едва не уничтожила меня. Она почти уничтожила меня. Ты не оставил мне выбора, кроме как позволить людям тебя поймать.

– Любовь? – выплюнул Кай. – Я видел ее всего лишь раз!

Этого оказалось достаточно.

– Неужели ты и правда веришь в собственный бред, а? – Кай задохнулся от смеха, его дыхание стало рваным. – Я не желал быть твоим прислужником, а ты счел это предательством.

Ты был моим соратником. Моим братом.

– Я был орудием, которое сделало ноги, помахав тебе ручкой! – Его голос сорвался. У Кая пересохло во рту, горло саднило, словно он безостановочно кричал на протяжении нескольких дней.

Ты был непредсказуемой величиной, – спокойно продолжил Велизар. – И тебя нужно было устранить.

– Я…

Я не закончил. Терпение, брат.

Парализованный, Кай безуспешно боролся с демоном внутри. Он задохнулся, словно получил удар в живот, и его разум начал соскальзывать во тьму. Велизар был старше и сильнее. Он ждал столетия, чтобы поведать свою историю, и никакие протесты не спасли бы Кая от прослушивания его жизнеописания.

Загнанный в ловушку и опустошенный, Кай зажмурился и стал ждать. Последней угасающей мыслью, прежде чем его поглотила тьма, была мысль о том, что он соскучился по Мие. Боже, он скучал по ней больше всего на свете.

Кай лишь хотел, чтобы она знала, как сильно он сожалеет.

КАЛИ

Свежий осенний воздух холодил щеки Кали; ледяное дыхание зимы приближалось.

В переполненной подозрениями деревне царила гнетущая тишина. Жители Лощины решили (точнее, Велизар решил), что черный волк должен стать Вийестом. Все работоспособные мужчины и женщины вооружились для участия в охоте. Кали отказалась помочь выследить зверя, и теперь ее повсюду встречали ядовитые взгляды людей. Девушка закуталась в темный плащ и спряталась среди деревьев у входа в Лощину, чтобы с безопасного расстояния понаблюдать за происходящим.

На центральной площади стоял Велизар, притягивая к себе людей потусторонним магнетизмом. Кали всегда знала, что он не принадлежит этому миру. Ему не было здесь места. Девушка считала, что в этом смысле они не так уж сильно отличаются, но на этом, пожалуй, их сходство заканчивалось.