Бз-з-з-з-з!

Ляля подошла к трибуне и боком оттеснила Фрэнки в сторону.

– Время вышло! Спасибо большое, Фрэнки и Бретт!

– Ур-ра-а! – завопили где-то рядом Билли и Спектра. И остальные постепенно присоединились к ним, пока, наконец, аплодисменты не растеклись по залу, как вода. Фрэнки улыбнулась и сделала реверанс.

– Теперь Хэйли и Хит! – объявила Ляля.

На сцену поднялись Клео и Дьюс. Клео цокала восьмисантиметровыми каблучками туфель «T’eau». На ногах Дьюса поскрипывали кроссовки «Dally» с высоким верхом. «Это они хорошо придумали!»

Ляля, похоже, растерялась не меньше всех остальных. А Хэйли только поправила свои бежевые очочки на угреватом носике и поудобнее устроилась в кресле.

Клео взяла в руки микрофон с таким видом, как будто это последний концерт ее мирового турне.

– К сожалению, Хит с Хэйли решили сойти с дистанции. Они благодарят вас за то, что вы рассматривали их кандидатуру, и просят вас с уважением отнестись к их личному выбору.

Несколько ребят во втором ряду подались вперед, чтобы уточнить у парочки, соответствует ли действительности утверждение Клео. Фрэнки взглянула на Хэйли и прочла у нее по губам: «Извините». Она извиняется? За что? Хит просто посмотрел на Бретта и пожал плечами, как бы говоря, что он понятия не имеет, что происходит, но вообще ему по фиг.

– Вам, вообще, понятно, что означает «с уважением отнестись к их выбору»? Это значит – не приставать с расспросами! – бросила Клео.

Первые два ряда, как по команде, уставились на сцену, шум утих. «Но почему Хэйли отказалась участвовать в конкурсе? И почему она доверила это сказать именно Клео? Извините, но все это дурно пахнет!»

Клео шлепнула на трибуну стопку желтых каталожных карточек и расправила свои бронзовые плечики.

– Карточки-то ей зачем? – шепотом спросил Билли: он сел на пол и прислонился к ногам Фрэнки.

– А я слышала, что она наняла того человека, который раньше писал речи для Билла Клинтона! – сообщила Спектра, усевшись рядом с ним.

– Меня зовут Клео де Нил, я участвую в конкурсе вместе с моим давнишним бойфрендом, Дьюсом Горгоном.

Говорила Клео звонко и без запинки. Челка у нее блестела. Кораллово-розовое платье было в меру откровенным.

– И, если вы проголосуете за нас, мы обеспечим вам победу! Только и всего. «T’eau Dally» ищут золотую пару, которая будет представлять слияние функциональности и элегантности.

Она указала на Дьюса в его черной шапочке, белых очках «Wayfarer» и мешковатых джинсах.

– Он, как видите, воплощает собой функциональность.

Она коснулась витого золотого обруча, который придерживал ее черную челку.

– Ну, а я – элегантность!

Аплодисменты.

– Если говорить о том, на что мы способны, то Дьюс – король баскетбола, ну а я – королева школы!

Клео заглянула в карточки.

Аплодисменты.

– Но мы с ним – не просто смазливые рожицы!

Она сделала паузу и многозначительно взмахнула накладными ресницами в сторону Фрэнки.

– Мы заботимся о сохранении окружающей среды, что соответствует экологической этике фирмы «T’eau Dally»…

Билли ткнул Фрэнки в лодыжку.

– Смотри! – шепнул он, глядя в сторону Хэйли.

«У нее губы шевелятся, как будто она все повторяет за Клео слово в слово!»

– Мы не использовали в своей кампании ни листовок, ни контактов, не подлежащих вторичной переработке! – продолжала Клео. Хэйли беззвучно проговорила то же самое.

«Двадцать тысяч вольт! Да ведь Клео же читает речь Хэйли!»

– И, одержав победу, мы будем и дальше работать в том же направлении: мы устроим в столовой естественное освещение, будем отапливать школу с помощью солнечных батарей…

Ляля захлопала в ладоши. Фрэнки принялась ковырять свои швы.

– Органическое питание, приготовленное Гарриет Вульф…

Клодин и ее братья зааплодировали.

– В медкабинете будет устроен спа-салон, потому что стресс – основная причина любых болезней, – проговаривала про себя Хэйли.

Дьюс наклонился к микрофону.

– А в раздевалке мы поставим игровые приставки!

Его товарищи по команде вскочили и завопили:

– Дьюс! Дьюс! Дьюс!

Фрэнки взялась за второй шов.

Клео перехватила микрофон.

– А в коридорах сделаем дорожки для плавания!

– Круть! – вскричала Лагги.

– Ну ваще! – воскликнула Эмми-ирландка.

– Серьезные, конкретные идеи, которыми «T’eau Dally» и школа Мерстон смогут гордиться!..

Бз-з-з-з-з!

Дьюс подался вперед и показал знак мира.

– Горгон и де Нил – мы заставим вас улыбаться!

Он притянул Клео к себе, и они слились в поцелуе.

– Будущее зависит от вас, надо только приложить руку! – провозгласила Ляля, перекрывая восторженные крики и гром аплодисментов.

Фрэнки, желая продемонстрировать свою честность и беспристрастность, тоже зааплодировала. И тут рука у нее соскользнула с раздерганных швов и с убийственным стуком рухнула на пол.

Билли поспешно наклонился и подобрал ее.

– Не думаю, что Ляля имела в виду именно эту руку!

– Ой, да я вообще уже не соображаю, что происходит! – призналась Фрэнки, шмыгая носом.

Полоса золотого льна слетела с эстрады и опустилась ей на плечо.

– На, заверни ее, пока не вернешься домой!

– Спасибо… – буркнула Фрэнки, не поднимая глаз.

– Рассматривай это как утешительный приз! – промурлыкала Клео, когда три с лишним сотни учеников выстроились в очередь, чтобы проголосовать. – Спасибо, что подыграла! Все прошло как по золоту!

Мелоди взбежала на школьное крыльцо, громко шлепая подошвами кед. Само мероприятие она пропустила ради короткой фотосессии со своей группой, но надеялась, что, если поспешить, она еще успеет проскользнуть незамеченной и поучаствовать в голосовании. По крайней мере, она надеялась проскользнуть незамеченной, пока не увидела свое отражение в стеклянных дверях: волосы, утыканные перьями, тени для век с металлическим блеском, размазанная подводка, блестяшие серые легинсы Сисси, кислотно-желтая футболка Сейдж с открытыми плечами… Она была одета с расчетом на вечер субботы, а не на середину понедельника. Уж директор Уикс-то точно углядит ее хоть со спутника. А тут еще Джексон…