Пролог
— Ты опять в этом клоповнике зависаешь? — раздался раздраженный голос лучшего друга.
— И тебе привет, Борзый, — усмехнулся я, потягивая виски. — А у меня выходной.
— Ладно, поговорим, когда проспишься, — бросил друг отрывисто и отключился.
Нахрена только звонил, спрашивается? Еще бы отчитал для полного комплекта, праведник, бля. Бесит. Подмял под себя девчонку хорошую и лыбу давит. И когда подмять решил? Когда я, бля, на нее глаз положил, петух его, сука, в зад клюнул. Изводил Ритку, очевидного не замечая, а тут подсуетился, стоило мне в ее сторону посмотреть. Мудак, блин. Друг, конечно, но мудак.
Прилетел ко мне, морду набил, когда сбежала его ненаглядная от него, а я ухмылки сдержать не смог, так и хотелось съязвить: «Побегай теперь за ней».
Ритка девочка хорошая, а хорошим девочкам, как правило, подавай плохих мальчиков. Вот и выбрала его, ничего не поделаешь, любовь… она такая. А я вот не у дел остался.
— Да я верну, Гордей, верну, отыграюсь сейчас и верну, — послышался голос со стороны. Обернулся, осмотрел его источник, что еле на ногах стоял. Очередной придурок, наивно полагавший, что такие, как он, здесь хоть что-то могут поиметь. Да хрена с два! Эти идиоты сюда как мухи на говно слетаются, не понимают, что нагнут их здесь и на счётчик поставят, хрена они тут лысого получат. В этом заведении выигрывают только почетные гости клуба, а такие вот «новички» только бабло сливают, влезая в огромные долги. А дальше все по уже давно продуманной схеме: прессинг и отказ от имущества.
— Очередной залетный? — кивнул в сторону мужика, который, получив деньги, со счастливой рожей плелся в «закрытое» помещение.
— Да он тут уже третью неделю тусуется, откуда бабло берет, хрен знает, но слил тут порядочно. Хочешь сыграть? — Мишаня криво усмехнулся, намекая, что можно неплохо заработать.
— Да нахрена мне.
Я в этой схеме никогда не участвовал. Бабок у меня и так достаточно, на кой хрен мне ущербных трясти и последние трусы у них отнимать? Играл только, когда залетных не было и схема не разыгрывалась.
Мужик, как и ожидалось, просрал все, что получил и уже через час выперся из игрового зала, пошатываясь из стороны в сторону.
— Смотри, ща самое интересное будет, — ухмыляется Мишаня.
Не понимал, о чем речь, пока спустя пятнадцать минут в зале не появилось то самое «интересное». Девчонка, молоденькая совсем, лет восемнадцать. Аленький цветочек, мать ее, и какого хрена приперлась сюда? Это же, мать вашу, вообще ни разу не место для таких, как она. Маленькая, худая, пальцем ткни и свалится. Омуты огромные, голубые, от которых я все глаз никак не мог отвести, пока она мялась посреди зала. То ли я, сука, пьяный, то ли она реально настолько хорошенькая. Что ж ты здесь забыла, цветочек?
— Это кто? — указал на девчонку.
— Так дочь придурка этого, стабильно его пьяное тело отсюда увозит. Говорят этого дебила уже на хату развели, глядишь, скоро и девчонку на кон поставит.
Покачал головой, глядя на то, как маленькая хрупкая девочка своего непутевого отца к двери тащит. Не повезло тебе с отцом, цветочек, и вдвойне не повезло, что мне на глаза попалась.
Глава 1
МИРОСЛАВА
— Так дела не делаются, Аркаша. Ты берешь в долг круглую сумму, а потом исчезаешь. Я же не мальчик какой, да и деньги не те, чтобы о них можно было просто забыть, — донесся из кухни незнакомый голос.
Опять дружки отца, опять дела не задались. Каждый новый день был похож на предыдущий. К отцу чуть ли не каждый день кто-то заявлялся с требованием вернуть долг, и сегодняшний день не стал исключением.
Все началось два года назад, когда я решила пустить жизнь нашей вполне счастливой семьи под откос. Ровно тогда, когда, наплевав на всех и вся, я возомнила себя слишком взрослой, решила, что могу делать все, что пожелаю, а чрезмерная опека родителей только душила, — так я считала.
— Я сказал, что верну, — едва ворочая языком, ответил отец.
Он хороший человек, просто он не справился с грузом свалившихся на него проблем, и теперь его окружали не те люди.
Да, он влезал в долги, когда ситуация становилась критической, каждый раз надеясь, что вот-вот выплывет из того болота, в котором оказался, а потом…срывался в очередной раз и напивался до бессознательного состояния. Однажды совсем не рассчитал количество выпитого, я тогда вовремя пришла домой и успела вызвать скорую. Откачали. Повезло.
До уха донесся хриплый смех и меня пробрала дрожь. Вообще каждый звук теперь вызывал во мне трепет. Люди, появлявшиеся в нашем доме лишь чудом меня не замечали.
— Просадил в казино, Аркаш? — пренебрежительно выдал кто-то из "гостей".
Мой отец не игрок! Он просто сломался, из-за меня и случившегося два года назад. Я старалась держаться, пыталась вытащить его из той ямы, в которой он погряз по моей вине. Страх за отца уже давно стал неотъемлемой частью меня. Я не могла позволить ему разрушить свою жизнь, только не он. Не после того, что случилось. Пусть он меня и не винил, он винил себя, только от этого не легче. Я была виновата, что бы там не говорил отец.
— Сказать и сделать — это разные вещи, — топот тяжелых ботинок разносился по кухне. — Мне кажется, тебе надо стимул какой интересный. Мишаня, а ну прошурши.
Тело бросило в холодный пот, сейчас я отчетливо понимала, что меня не оставят без внимания. Сегодня не оставят. Отступив к окну, начала оглядываться по сторонам. В шкаф? Смешно, меня оттуда достанут в считанные секунды. Да и смысл пытаться, наша квартира не пентхаус, а жалкая трущоба, в которую мы переехали сразу после…после всех событий. Ничто не давалось легко, но жить в месте, где каждый сантиметр напоминает о человеке, которого больше нет, невыносимо.
Дыхание в очередной раз сбилось, стало поверхностным, тянущие боли в грудной клетке усилились. Нет, не сейчас, пожалуйста, не сейчас…
Дверь с силой распахнулась и ударилась о стенку, оставляя безобразный серый след на бежевой отделке.
Мужчина абсолютно бандитской наружности ворвался в комнату и довольно ухмыльнулся.
— А тут сюрприз, Лех.
Я попятилась и вскинула перед собой руки, будто это хоть как-то притормозит амбала, что двигался на меня горой.
— Пожалуйста, не надо, — спазм усилился, я больше не могла контролировать свое состояние.
— Надо, еще как надо, — схватил меня за руку и потащил за собой, словно я кукла какая. Ноги заплетались как переваренная лапша. Зрение начинало плыть.
Все может закончиться быстро, Мира. А может закончиться не так уж и радужно, но главное, чтобы не тронули отца.