![Писатели США о литературе. Том 2 - Коллектив авторов](https://pbnuaffirst.storageourfiles.com/s18/169940/img/169940.jpg)
![](/uploads/18plu.webp)
Писатели США о литературе. Том 2 - Коллектив авторов
-
Название:Писатели США о литературе. Том 2
-
Автор:Коллектив авторов
-
Жанр:Разная литература
-
Страниц:181
Аннотация книги
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Писатели
ОБА
Г"
Том.
2 _
Перевод с английскрга
ПРОГРЕСС
МОСКВА
1982
Цель издания—представить советскому читателю наиболее интересные и важные выступления американских писателей о литературе с XVII по XX век. Двухтомник дает широкую панораму развития романтизма и реализма в С1ДА, отражает борьбу против антигуманистических модернистских концепций, школ и теорий. В настоящее издание включены материалы сборника статей «Писатели США
о литературе», выпущенного в 1974 году.
Книге предпослана вступительная статья, характеризующая вклад ведущих писателей США в развитие литературно-критической мысли.
рецензенты; Я. ЗАСУРСКИЙ, Г. ЗЛОБИН, П. ПАЛИЕВСКИЙ,
Г. АНИКИН
Справки об авторах Б. ГИЛЕНСОНА, справки об источниках А. НИКОЛЮКИН А, комментарий Б. ГИЛЕНСОНА и А. ШЕМЯКИНА
Редактор М. ТУГУШЕВА
Редакция литературоведения, искусствознания и лингвистики Материалы, включенные в настоящий сборник, кроме отмеченных В содержаний знаком*, зышли на языке оригинала до 27 мая 1973 г»
€> Составление, вступительная статья, перевод на русский' язык, комментарий, издательство «Прогресс», 1982
дН°?~:?4(?.. 167-82 006(01)—г 82 4603000000
1918—1979
«Я ВИДЕЛ РОЖДЕНИЕ НОВОГО МИРА»
Из «Послания» нашим читателям от Джона Рида, только что вернувшегося из Петрограда
Советская Россия, руководимая рабоче-крестьянским правительством,—это совсем не то, во что буржуазные репортеры, дипломаты и дельцы хотели бы заставить уверовать Америку.
Мир, отравленный ложью капиталистической прессы, представляет себе пролетарскую республику в виде новоявленного царства дезорганизации и хаоса, в котором анархисты, пьяные солдаты и немецкие агенты предаются разнузданной вакханалии.
Все это совсем не так. Что касается дезорганизации, то в ней повинен Николай II, который, как всем известно, погубил русскую армию и русскую транспортную систему для того, чтобы добиться сепаратного мира с Германией. Все это усугублялось в результате деятельности буржуазных элементов в коалиционном правительстве Керенского, стремившихся уничтожить революцию... Большевики приняли в наследство страну, в которой солдаты миллионами покидали поле боя, а транспорт находился в состоянии распада. Россию — голодающую и истощенную. Но в момент заключения мирного договора с Германией Россия уже не была столь дезорганизована, как за два последних месяца правления Керенского. В городах было больше продуктов, на улицах — больше порядка, а темп русской жизни—убыстрился как никогда за всю ее историю... Керенский лишь закрепил—на базе слегка видоизмененного капитализма—институты царизма.
Большевистский режим представляет совершенно новый тип государства—с новыми политическими формами (Советы), новой организацией производства (фабричные комитеты), новой системой образования во всех звеньях сверху донизу, с новой национальной армией и флотом, с новой аграрной системой. И все это в условиях бурного, массового, свободного и счастливого народного волеизъявления с помощью тысяч газет, книг, брошюр, общественных манифестаций, песен и театральных представлений.
«Тирания» большевиков по большей части существует в разгоряченном воображении тех недобросовестных людей, кого меньше всего взволновали бы нарушения свободы слова й собраний в любом другом уголке земного шара...
Россказни о кровопролитии просто смешны. В ноябрьские дни десять большевиков погибли при штурме Зимнего Дворца, и ни один из его защитников. Их просто разоружили и распустили по домам. В уличных схватках в течение следующей недели было убито около двух десятков юнкеров. В боях против Керенского
пали сотни красногвардейцев и незначительное число казаков. Во время сражений в Москве, наиболее жестоких, число жертв достигло восьмисот, из них—пятьсот пятьдесят большевиков.
Мне вспоминается один характерный эпизод. Буржуазная газета «Век» напечатала однажды сообщение о том, что несколько красногвардейцев, охранявших по распоряжению советского правительства ее типографию, грубо обращались с работниками редакции и похитили принадлежавшие ей деньги. Тогда красногвардейцы открыто опровергли это обвинение и потребовали, чтобы их дело разбиралось судом, в составе которого были бы равномерно представлены обе стороны. Если их вина будет доказана, то, согласно их заявлению, они будут готовы добровольно отправиться в тюрьму.
В это кризисное время люди необычным образом реагировали на происходящие события. Порой человек, обладавший здравым рассудком, который в естественных обстоятельствах никогда не принял бы факта, лишенного доказательств, верил самым диким слухам, ни на чем не основанным.
Помню, как на следующее утро после взятия Зимнего дворца, чему я был свидетелем и куда я вступил в числе первых, ко мне зашел один молодой русский из весьма уважаемой семьи, который был личным секретарем Милюкова и Терещенко.
— Вы слышали о взятии Зимнего дворца?—спросил он.
— Большевиками командовали'немецкие офицеры,— он продолжал с торжественным видом. Я выразил свое удивление и поинтересовался,