![Бой под Талуканом - Николай Прокудин](https://pbnuaffirst.storageourfiles.com/s18/46128/img/46128.jpg)
![](/uploads/18plu.webp)
Бой под Талуканом - Николай Прокудин
-
Название:Бой под Талуканом
-
Автор:Николай Прокудин
-
Жанр:Историческая проза
-
Год выхода книги:2014
-
Страниц:71
Аннотация книги
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
![Бой под Талуканом Бой под Талуканом](https://pbnuaffirst.storageourfiles.com/s18/46128/img/i_001.jpg)
Родился в 1961 году в Кемеровской области. Ветеран войны в Афганистане, награжден двумя орденами «Красная Звезда», медалями, майор запаса.
Член Союза писателей Санкт-Петербурга и Союза российских писателей, литературный секретарь Международной федерации русских писателей. Автор 15 книг прозы. Председатель секции военно-патриотической, приключенческой и детективной литературы. Лауреат нескольких литературных премий и благотворительного движения «Золотой пеликан». В настоящее время участник борьбы с пиратством в зоне Индийского океана.
![Бой под Талуканом Бой под Талуканом](https://pbnuaffirst.storageourfiles.com/s18/46128/img/i_002.jpg)
Прошло всего полгода, как я попал на эту необъявленную войну, а кажется, минула вечность. Бесконечная череда боевых действий и бессмысленная глупость военной показухи в промежутках между боями. Но оглянешься – и вроде недавно прибыл из солнечного и цветущего Ташкента в мрачный средневековый Кабул. Почти как путешествие на машине времени!
Эх, Никифор Ростовцев, бедная твоя голова да несчастные ноги… И на кой черт тебя сюда занесло? Нет тут никакого интернационализма и не было, словечко просто красивое придумали для оправдания этой войны!
Итак, продолжаем…
– Ник, привет! Как здоровье? – схватил меня за руку на плацу прапорщик Айзенберг, очень внимательно и сочувственно посмотрев мне в глаза.
– Здоровье? Здоровье хорошее, самочувствие плохое. Скоро лопну от злости, пора куда-нибудь в горы уйти, подальше от этих проклятых проверок и комиссий. А что, вид у меня неважный? – разозлился я.
– Да нет, нет! Я просто так, – отвел в сторону глаза начальник батальонного медпункта.
– Впервые за полгода ты, «папа», моим здоровьем интересуешься. Даже удивительно.
В столовой мне дружески помахал рукой старший лейтенант Митрашу и присел на лавку рядом.
– Ник, как самочувствие?
– Да иди ты к черту! Парторг полка, медик, теперь ты – далось вам мое здоровье. За месяц никто ни о чем не спросит, а тут вдруг все интересуются, кто не попадется на глаза. Прямо настроение испортили с утра.
В проходе с подносом двигался, вернее катился, пухлый, почти круглый начмед полка Дормидович. Он поставил поднос на наш столик и вежливо попросил Митрошу:
– Мелентий, не будешь так любезен уступить мне место, я с лейтенантом Ростовцевым хочу побеседовать.
– Да, да, конечно, – засуетился Митрашу и быстро убежал, унося свои грязные тарелки.
– Товарищ лейтенант! Как дела? Почему прививочки не делаем, все время отлыниваем? Вчера опять через черный ход сбежал.
– Ой, да не сбежал, а потихоньку удалился. Я терпеть не могу эти уколы. Ни разу не прививался и не болею, а все, кто с прививками, уже и тифом, и энтероколитом, и гепатитом, и малярией, и дизентерией, и паротитом переболели. Что еще забыл и не назвал? Холеру и чуму!
– Прививки – дело обязательное для всех, не мной это придумано, не мне и отменять, делать их всем необходимо. А вы с Острогиным, да еще в третьей роте Афоня всячески отлыниваете. Приходится загонять офицеров в клуб и заставлять становиться в очередь со спущенными штанами. Вы же дружной компанией опять сбежали, я что мальчишка за вами бегать?! Хорошо еще флюорографию сделали, не поленились, наверное, потому что не больно?
– Ага! Флюорография – это один снимок в год, а на уколы каждый месяц по несколько раз направляете. Если все вколоть, что вами прописано, то не задница, а сплошное решето получится.
– Вот подобными рассуждениями свое здоровье и загубите. Но мы по-прежнему будем вас заставлять делать вакцинацию. Я вообще-то по другому поводу. Как общее состояние здоровья? Как самочувствие, ничего не беспокоит?
– Да что это за утро такое: не беспокоит, не болит? Что случилось?
– Попрошу сегодня взять медицинскую книжку и съездить в штаб армии, в гарнизонную поликлинику. Что-то не нравится мне «флюшка», какое-то затемнение на левом легком.
– Затемнение? Такое небольшое овальное?
– Да! А что? Давно это у тебя?
– Ай, черт, балбес я, балбес! Это перед съемкой, когда я грудью к аппарату прислонился, личный номер на веревочке забросил на плечо, а он, наверное, сполз еще ниже на спину.
– Да? Правда? Ох, тяжелый камень с души снял, а я уже командованию полка доложил о вашем заболевании. Мы с терапевтом смотрели, смотрели в медпункте, решили, что пятно – раковая опухоль. А метастазы – это, очевидно, шнурок?
– Вероятно.
– Но ничего не попишешь, все равно необходимо сделать контрольный снимок.
– Не обойтись без него никак?
– Нет. Это приказ! Таков порядок.
– У меня сегодня работы на целый день. И из батальона никто не отпустит.
– Передай комбату, что это распоряжение командира полка. Сейчас же после завтрака подходи к санчасти, и тебя на машине подбросят до развилки, в штаб армии. В кафе сходишь, мороженого покушаешь, вопросы, может, какие личные решишь, в магазинах дефициты всякие купишь.
– Что ж, если приказ, то, пожалуйста, отправлюсь сразу, прямо из-за стола.
* * *
Я догнал на плацу Мелентия.
– Ты чего темнил, о здоровье интересовался, кругами ходил. Не мог откровенно сказать о слухах в полку про мою «раковую опухоль»?
– Да неудобно как-то. А что стряслось у тебя, на самом деле рак?
– Ничего особенного, я жетон за спину перебросил, он и засветился на снимке пятном. Нет никакой опухоли.
– О, Ник, как я рад, а то уже сплетники заговорили, будто не жилец ты, вот-вот умрешь.
– Угу, я всех вас переживу. Лучше скажи, как орден будешь обмывать? Красная Звезда не каждый день вручается, а сегодня торжественное построение по этому поводу. За что получил?
– В общем, не за что-то конкретное, а за год службы в нашем первом батальоне. Вот выстраданный первый орден за Панджшер, когда в горах полгода умирал безвылазно и чуть дистрофиком не стал, его просто нагло украли.
– Украли? Из чемодана, из сейфа?
– Нет, в штабе полка или в дивизии увели.
– Как это получилось?
– В начале той операции ротного и взводного «духи» ранили, позже еще два взводных заболели, остался из офицеров я один. Должность заместителей командиров роты ввели на полгода позже, совсем недавно. Вот я да еще пара прапорщиков – все руководство потрепанной и замученной роты. В других положение было не лучше. Ужас как тяжело было! В разгар кампании решили поощрить офицеров, прапорщиков, сержантов, солдат наградами. Представили и меня к Красной Звезде, а после Панджшера второй батальон из гарнизона закинули в «зеленку» на посты. Зимой приезжает начальник штаба батальона Семенов ко мне на заставу и поздравляет: «Видел наградные списки в дивизии, пришел тебе орден, накрывай стол командованию». Я, конечно, очень обрадовался. Поехал в дукан, закупил фрукты, овощи, мясо, водку, зелень. Закатили пир на КП батальона. Через неделю попадаю в полк, а строевик мне говорит: «Нет, никакого ордена не было». Помнишь, служил такой красавчик, холеный, мордатый, надменный, начальник строевой части капитан Шалавин? Надо сказать, фамилия соответствует его сущности на сто процентов. Не выходя из штаба полка получил он два ордена, но главное – за определенную мзду солдат увольнял пораньше. Плати пять тысяч «афгани» и езжай домой, да еще не как простой стрелок, а как сержант, командир отделения или механик, вдобавок на три месяца до срока. И преступления вроде нет – не подкопаешься. Жулик и разгильдяй звание получал и увольнялся, прослужив ровно два года, а не два года и три месяца, как рядовые в Афганистане служат. Вот и весь фокус. Послал меня Шалавин подальше, даже разговаривать не стал.